Путешествие меж двух морей – Ликийская тропа / Часть 4

Турция 27 июня 2012 г.

Ликийский путь (тропа) (англ. Lycian way, тур. Lycia yolu) — это треккинговая тропа по горам Западного Тавра, на средиземноморском побережье Турции. Тропа длинная — 509 километров, берет начало у города Фетхие (Fethiye) и оканчивается близ Антальи (Antalya).

Когда-то давно, в I тысячелетии до н.э. и до 300 года н.э. (ассимиляция греками) эти земли населяла античная народность - ликийцы. В отличие от греков, оставивших после себя кучу неприглядных развалин, ликийцы — молодцы, они не обременяли себя строительством грандиозных амфитеатров и прочих штуковин, зато оставили этот самый «Ликийский путь», по-моему, гораздо более интересный с туристической точки зрения.

Конечно, все 500 километров я идти не стал, — не было ни желания, возможностей. Для себя я выбрал небольшой отрезок в ~ 65 километров от Гёйнюка (Göynük) до Чирали (Çıralı). За полдень, весьма страдая от жары, я добрался на автобусе из Антальи в Гёйнюк, где купил провизии в дорогу. Из Гёйнюка начинается, собственно, тропа.

Вход — через глубокий каньон, по долине иссохшей реки:

Жара в этот день меня решительно доставала, ещё рюкзак солидно отяжелел: я совершенно не знал, чего мне ждать на маршруте, и запасся едой и парой бутылок воды впрок. Здесь все как обычно — я заранее не изучал маршрут, да чего там: всего за день до отлета, я понял, прочитав несколько отчетов в ЖЖ, - сюда надо попасть. Ещё я почитал оф.сайт и загрузил пару треков в GPS — на этом вся подготовка завершилась.

На входе в каньон, внезапно, из ниоткуда, возник какой-то билетер, и потребовал 5 лир за вход. Я изобразил совершенно не понимающего иностранца и попытался пройти, но тот стал меня хватать за рюкзак. Я ещё немного поизображал садовый шланг, но в итоге сдался и дал мужику пятерку. Он даже какой-то билет красивый выдал. Если б знал, что здесь такой билетер водится, обошел бы - это легко можно сделать по правому берегу.

Дорога сразу идет с набором, радуя глаз и давая благословенную тень.

Увлекшись, даже в некотором туристическом азарте, что ли, я пер вверх, как вездеход. Прошел мимо нужного поворота:

И так все поднимался и поднимался:

В итоге уперся в тупик с водопадами. Вода питьевая, можно прям черпать и пить из водоема. Здесь же нашелся англоговорящий турок, который объяснил, что, мол, «неправ ты, дядька, надо повертаться тебе и идти обратно». Но даже не обидно было, что пару километров я за зря протоптал: уж оченно красивый каньон был, а значит — не зря.

Вернувшись к указателю, я нашел нужную тропку, она спервоначалу теряется в кустах, а затем отлично читается, даже слепой увидит. Сразу же начинается хороший такой набор высоты. Ну тут я начал отыгрываться за предыдущие дни «автостопного безделья» — шел ходко, будто бы и уклона не чувствуя. Тем более, меня подгоняло время: солнце должно было бы через пару часов уйти за горизонт.

На пути встречались диковинные древа — они словно шкурой покрыты:

За полтора часа я взлетел на 700 метров над уровнем моря и прошел около 7 километров. Солнце садилось, и как по волшебству нашлась ровная площадка под палатку. Точно так же, как по волшебству, кончились силы. Хватило их ровно на то, чтоб поставить лагерь, кое-что скушать на потребу чреву и крепко уснуть.

Утро для меня — это тогда, когда ещё солнце не встало. Стоит только мне покинуть нашу столицу, и отправиться в путешествие, как заводятся мои биологические часы. Я в них уверен, и поэтому не завожу будильник, я знаю, что проснусь до солнца. Тем более, что мобильник я потерял ещё по дороге в Конью — теперь мне стало совсем спокойно.

За кадрами утром ходить не пришлось, усилий потребовало только отодвинуть полог палатки и сделать этот кадр:

За час с небольшим я собрался, без всякой пешки, и выдвинулся дальше. Я еле сдерживал поросячий визг — столь сильно было чувство радости, самый настоящий «оргазм путешественника». Тропа каждым витком увлекала все дальше и дальше, ведя меня то крутыми спусками, то подъемами и узкими мостками, под пологом леса, в раннем, прохладном, ещё только мягко освещающем, но не согревающем солнышке.

В скором времени я вышел в каньон. Время искупаться! Вода здесь прохладна, но не холодна; она даёт бодрость, а не колотун по всему телу.

После купания я долго карабкался по каньону, меж огромных камней, водопадов, проток и реки, бурно несущейся вниз. Вошел в зону леса:

И поднимался все выше и выше:

Снова спустился в каньон. Здесь я встретил несколько организованных групп. То были англичане и американцы. У них легкие рюкзаки, есть ведущий/замыкающий, они ночуют в пансионах, кушают кафешках по пути. С подозрением они смотрели на меня, скачущего по камням с моим большим рюкзаком. Я тем временем с ним так пообвыкся, что чувствовал ношу, давящую на плечи и спину, лишь уже к вечеру.

Но встречались порой и отважные люди. Вскоре я встретил на подъёму пару пожилых женщин, оказалось — две англичанки, одной 58 лет, другой — не спросил, на вид — столько же :). И никаких гидов, они сами приехали в Турцию, чтоб пройтись по Ликийской тропе. 11 дней они уже идут в Гёйнюк, причем поднимались на гору Тахталы (2365 м), которую я так удачно слил потом.

Тропка вышла на дорогу и вывела к деревеньке Овачик (Ovacık).

Этот, кажется, в недоумении:

А дорога все вверх и вверх:

Вообще, чем хороша тропа, так это тем, что она вся промаркирована, сбиться с пути внимательному человеку трудно, хотя мне иногда удавалось — но это я сам виноват, засматривался по сторонам, и совсем забывал смотреть метки. В таких случаях пригождался навигатор. На ключевых развилках даже указатели поставлены:

Что за фрукт — я так и не понял. Чем-то на фейхоа смахивает, но не съедобен.

В деревне Гедельме (Gedelme) нашлось несколько пансионов, магазин и кафе, где я покушал. То есть в общем-то этот маршрут можно идти налегке, ночуя в гостиницах и кушая в деревнях. Но это совсем не спортивно.

От Гедельме, куда шел длинный спуск, начинается гораздо более длинный подъем. Но его и не замечаешь вовсе, идя пахучим хвойным лесом.

Раздолье!

Вдруг из-за поворота открывается отличный вид на гору Олимпос (Тахталы по-местному, 2365м).

В этот день я шел до самого заката — так меня разобрало. Дошел до деревни Кизилдере (Kizildere), и за ней, словно в награду за длинный путь, нашлось прекрасное место для лагеря. Про себя я прозвал его «Долиной тысячи ручьев». Не тысяча их здесь, конечно, но очень много. Вода пробила себе в мягком грунте, тут и там, множество каналов, и струится по ним вниз, удивительно насыщая пейзаж.

Рядом же во множестве вопопады и водопадики, всю ночь меня убаюкивали звуки бушующей воды.

А это утром, несколькими минутами до восхода:

И с восходом:

Солнце поднялось над горами, стало понемногу теплеть. Высота около 700 м над уровнем моря.

Над горами бродят туманы:

Ноги мои, оказывается, порядком стерлись. Днем это было незаметно, ноги «притоптались», а поутру и ступать больно. Пришлось их частично мумифицировать:

Тапочки вполне свычные, натер — даже сам не заметил как. Виной тому, видимо, тяжелый рюкзак, и, зачастую, узкая тропа с курумником. На таких тропах приходится часто переступать, ловить равновесие и делать лишние шаги. Вот ноги и стираются.

Можно дальше топать.

Вот такие громадные древа здесь произрастают:

Тропа снова круто забирает вверх, и до самого полудня я иду с набором.

За 1000 метрами высоты начинается некоторое разнообразие: растительности все меньше и меньше, начинаются луга и курумники.

И тропа все выше и выше поднимается по курумам:

Снизу тем временем, наволакивает тучи и становится прохладно.

Можно перевести дух под сенью громады дерев, здесь растущих.

Между делом, я взялся за GPS, и тот показал, что я высоко забрался. Значит до седловины Тахталы — рукой подать.

Седловина, в общем-то тут и оказалась. Но лезть на гору я не стал: во-первых меня образумили стертые ноги, а во-вторых, днем вершина Тахталы обычно укутана густым туманом, как и сейчас. Лезть в эти облака желания не представлялось, и я пошел вниз.

На другом склоне ярким пятном выделялись цветы:

Тропа, перекинувшись через седло, прошла свой высотный апогей, и повилась нитью вниз.

Не надо думать, что со спуском становится легче — отнюдь нет. По мне — так лучше в подъем идти. На спуске приходится тормозить инерцию, страдают колени, устают сухожилия, надо под ноги постоянно смотреть и думать куда ступить и не оступиться.

Тут вот метка видна на камне, красная и белая полоски, в нижней части кадра. Такими и промаркирована вся тропа.

Ох и упарился я спускаться...

Наконец-то спуск стал пологим, я вышел из тучи. Сразу заметно потеплело. Открылся вид на море...

И какие-то островки:

Снова какая-то деревенька, которую я обходил задворками. Скот недоверчиво пялился. «Кто таков есть ты?»

А этот вообще балдеет:

Я еще долго плутал, сбивался с тропы, лазил по каким-то оврагам, ища метки. В итоге пошел просто по навигатору, азимутом. И правильно сделал: я вскоре вышел на дорогу.

Тут же росли огромные кактусы. Ну Мексика, натурально!

Еще несколько километров были, как в тумане: асфальт, потом грунтовка вдоль долина какой-то реки, купание в оной в костюме Адама.

Уже к закату я вышел на хребет перевала, с которого открывался вид на вожделенное Чирали — это финиш. Но это — завтра. Тут же, на перевале, обнаружилось его полезное свойство:

Как потом выяснилось, это место называется «Огни Химеры». Вечером это меня мало волновало, а вот то, что сейчас можно приготовить горячего чаю на природной горелке, весьма радовало!

Тут природный газ, с примесью какого-то вещества, возгорающегося при соприкосновении с кислородом, выходит наружу. И, разумеется, горит.

Я поставил палатку неподалеку от этих вечных огней и замечательно спал, упившись горячего чаю.

Утро снова я застал только в зачатье. До рассвета я успел зайти на соседний холм.

И солнце появилось через полчаса.

За сбором палатки меня застала группа удивленных немцев, и я чувствовал себя как в зоопарке. Быстро собравшись, я спустился в Чирали... Что дальше делать? Ноги просили об одном — дай отдыха! Действительно, я заметно хромал, хотя немного расходившись, мог передвигаться. Решил сегодняшний день провести в какой-нибудь тихой и безлюдной бухте.

Как водится, простые пути слишком сложны, чтобы их найти, поэтому пришлось полазить по скалам «в лоб».

Забраться повыше, чтобы осмотреть окрестности. Эта бухта не годится: люди.

А вот эта — в самый раз:

Но ещё с час я походил, уж оченно красиво в округе.

И только палящее солнце согнало меня вниз. Я нашел тихую бухту, с ручейком, где можно было бы постираться. Оставшуюся часть дня я валялся, купался и решительно бездельничал. Спокойствие несколько потревожила лишь какая-то залетная яхта, вскоре ушедшая. Чуть позже пришла с горы семейка немцев, но и они не задержались более, как на пару часов, да за одно разнообразили вынужденное безделие разговором. У них оказывается, последний день отпуска, завтра обратно в Германию. Детки их ныряли в масках и доставали всякие безделушки из рифов.

Лишь вечером я выбрался на прогулку по скалам:

Днем купаться хорошо в море, а вечером, по сумеркам, вдвойне приятно: температура воды и воздуха сравниваются, и не чувствуется разительной разницы, как под палящим солнцем днём. Райское наслаждение!

У турок Средиземное море называется Белым (Akdeniz). А Черное — оно и есть Черное (Karadeniz).

Тоже самое и утром, еще солнца нет, а купаться еще приятней — воздух за ночь остыл, а вода — нет, оттого кажется, что она теплая-теплая. Хотя что там кажется — так и есть.

Восход!

Пора прощаться с бухтой и завершать эту часть. Дальше — интересней. Восток Турции — это совершенно другая Турция!

*О Ликийской тропе на wikitravel

Теги

Great! You've successfully subscribed.
Great! Next, complete checkout for full access.
Welcome back! You've successfully signed in.
Success! Your account is fully activated, you now have access to all content.